Это обращение к нежным родительским чувствам старого доктора возымело свое действие.
— Обещай мне, по крайней мере, что наглость маркиза Камбиза будет наказана. Ты мой будущий зять, и с этого мгновения мы с тобой должны быть солидарны в вопросах чести.
— О, насчет этого будьте покойны, господин Менкси, я теперь глаз не спущу с маркиза. Я буду так же терпеливо подстерегать его, как кошка подстерегает мышь. Не сегодня, так завтра, но я уж застигну его одного без стражи и тогда заставлю его скрестить дворянскую шпагу с моей или доотказу натружу о него свои кулаки. Я не могу клясться, как древние герои, тем, что не сбрею бороды и буду сидеть на хлебе и воде до тех пор, пока не сдержу своей клятвы, ибо первое не вяжется с моей профессией, а второе противоречит моему темпераменту, но даю вам слово, что только тогда буду вашим зятем, когда нанесенное мне оскорбление получит достойное возмездие.
— Ты заходишь слишком далеко, Бенжамен, я не принимаю такой беззаконной клятвы, напротив, необходимо, чтобы ты женился на моей дочери, и я уверен, что ты так же прекрасно сумеешь отомстить после свадьбы, как отомстил бы и до нее.
— Но вы только подумайте, господин Менкси, раз я должен драться с маркизом на смерть, то моя жизнь уже не принадлежит мне, не могу же я позволить себе жениться на вашей дочери, когда, может быть, на следующий же день после свадьбы оставлю ее вдовой.
Как ни старался добряк-доктор сломить непреклонное решение Бенжамена, это ему не удалось, и, видя, что с этим ничего не поделаешь, он пошел переодеться и снять с себя свое вооружение. Так закончился этот грандиозный поход, стоивший мало крови человечеству и много вина господину Менкси.
Х. Как дядя заставил маркиза поцеловать себя
Бенжамен остался ночевать в Корволе. Когда на следующий день он вместе с господином Менкси вышел из дому, первым, кого они встретили, был Фата. Фата предпочел бы встретить на большой дороге двух волков, чем дядю и господина Менкси, но так как уклониться от встречи было невозможно, то, приняв самый приветливый вид, он направился к дяде.
— Здравствуйте, господин Ратери! Как поживаете, уважаемый господин Менкси? Ну, как вам удалось избавиться вчера от нашего Гесслера, господин Бенжамен? Я так боялся, что он проделает с вами какую-нибудь злую шутку, что от беспокойства всю ночь не сомкнул глаз.
— Фата, — сказал господин Менкси, — приберегите вашу рабскую угодливость для маркиза. Вы сказали ему, что не знакомы больше с Бенжаменом? Правда ли это?