При этих словах глаза Денэтора снова сверкнули гневом. Он сунул Кристалл под руку, выхватил кинжал и рванулся к ложу сына. Но Берегонд молниеносным прыжком успел опередить его и заслонил собой Фарамира.
— Вот как! — крикнул Денэтор. — Ты уже украл у меня половину сыновней любви. Теперь лишаешь меня уважения слуг и с их помощью отбираешь даже останки сына. Лишь в одном ты не сможешь мне помешать, я умру так, как решил. Ко мне! — закричал он слугам. — Ко мне! Или среди вас остались одни отступники?
Двое слуг подскочили к нему по ступеням. Денэтор вырвал у одного из них факел и вбежал в Дом Мертвых. Прежде чем Гэндальф успел его остановить, он швырнул факел в костер, который сразу запылал.
Денэтор вспрыгнул на стол. Стоя так, в столбе огня и дыма, он поднял наместнический жезл и сломал его. Потом швырнул обломки в огонь, поклонился, сам лег на стол, обеими руками прижимая Палантир к груди. Говорят, что с тех пор, если кто-нибудь смотрел в этот Кристалл, не имея достаточно воли, чтобы подчинить его себе, то видел в нем лишь две старческие руки, охваченные пламенем.
Гэндальф с болью и страхом отвернулся и закрыл двери. Некоторое время он молча стоял у порога, глубоко задумавшись. Изнутри слышен был шум и треск костра. Потом Денэтор один-единственный раз громко закричал и умолк навсегда. Больше никто из смертных его не видел.
— Так погиб Денэтор сын Эктелиона, — произнес Гэндальф. Он обернулся к Берегонду и остолбеневшим от ужаса слугам. — С ним кончились дни того Гондора, который вы знали. К добру ли, к худу, но кончились. Злое здесь свершилось дело, но отбросьте враждебность, разделившую вас, ибо все это — козни Врага. Это он воспользовался вами в своих целях. Вы попали в сеть, но не ваши руки сплели ее. Помните, верные слуги Денэтора, слепые в своем послушании, что если бы не измена Берегонда, начальник стражи Белой Башни Фарамир был бы уже горстью пепла. Уберите из этого злополучного места тела своих павших товарищей. А мы понесем Фарамира, Наместника Гондора, туда, где он сможет спать спокойно или умереть, если такова его судьба.
Гэндальф и Берегонд подняли носилки. Пипин шел за ними, опустив голову. А слуги Денэтора будто вросли в землю, устремив взгляд на Дом Мертвых. Гэндальф и его друзья были уже в начале Улицы Молчания, когда раздался гул и оглушительный треск. Оглянувшись, они увидели, что купол Дома Наместников лопнул, и из него к небу вырываются клубы дыма. Потом он с грохотом обрушился, и на обвалившихся камнях заплясали языки пламени. Тогда перепуганные слуги побежали вслед за магом.
Когда они проходили через Фен Холлен, Берегонд с горечью посмотрел на мертвого привратника.
— До самой смерти я буду жалеть об этом поступке, — сказал он. — Но я обезумел; время шло, а он не хотел слушать моих просьб и схватился за оружие. Пусть теперь ключ будет у Фарамира, — добавил воин, запирая дверь ключом, отобранным раньше у привратника.
— За отсутствием Наместника власть временно принял князь Дол Эмроса, — сказал Гэндальф. — Раз его здесь нет, позволю себе распорядиться. Пожалуйста, Берегонд, возьми этот ключ и храни его, пока в городе не установится порядок.