— Нет,— ответил Фарамир, смотря ей в глаза.— Это лишь образ, который всплыл в моей памяти. Я не знаю, что происходит. Трезвый рассудок говорит, что пришел Черный День и наступает конец всему; но сердце этому не верит. Мне вдруг стало легко и появилась надежда; этого разумом не понять, Эовина, Белая Королевна, в эту минуту я не верю в победу Тьмы!
Он нагнулся и поцеловал ее в лоб.
Они стояли на городской стене, снова налетел ветер, сплетая и развевая его черные, как смоль, и ее золотые волосы. Тень исчезла, на небо вышло солнце. Серебром заблестели воды Андуина, в сердца людей вошла радость, из домов послышались песни.
Когда солнце поднялось в зенит, с востока прилетел гигантский орел и принес от Западных Вождей счастливые вести, которых так долго ждали.
Орел прокричал:
Пойте, люди, в Минас Аноре!
Власть Саурона кончилась,
Черный Замок пал!
Пойте, радуйтесь, люди в Белой Башне!
Черные Врата рухнули,
Ваш Король победил!
Пойте, радуйтесь, дети Запада!
Король вернется,
Будет с вами до конца дней.
Высохшее Дерево сменится живым,
К небу протянет ветви,
И благословен будет Город!
Пойте, люди!
И люди запели на всех улицах столицы.
И настали золотые дни, когда весна превратилась в лето и усыпала цветами поля Гондора. С острова Кайр-Андрос прискакали на быстрых конях гонцы с вестями обо всем, что свершилось. Город готовился к встрече Короля.
Мерриадок был отправлен с обозом провизии в Осгилиат, а оттуда на корабле — в Кайр-Андрос. Фарамир остался в Минас Тирите и временно принял на себя обязанности Наместника, чтобы достойно встретить Властителя Гондора.
Эовина тоже осталась, хотя брат звал ее на Кормалленское поле. Ее решение удивило Фарамира. Он был очень занят важными делами, поэтому редко виделся с ней в эти дни. Королевна по-прежнему оставалась в Домах Целения и одиноко гуляла по саду, снова бледная, единственная во всем Городе, чьи глаза остались печальными. Попечитель Домов Целения забеспокоился и доложил об этом Наместнику.