Теоден предложил гостям отдохнуть и поесть, но Арагорн, поблагодарив, отказался. Он попросил Теодена позволить им присоединиться к войскам, потому что обещал Эомеру сражаться рядом с ним.
– Тогда мы обязательно победим! – воскликнул Эомер.
– Да, надежда есть, – сдержал его Гэндальф, – но Скальбург могуч, а есть еще и другие опасности. Не медли, Теоден. Как только мы выступим, уводи народ в горы.
– Нет уж, – возразил тот, – ты исцелил меня. Я сам поведу войска в бой! – и воины вокруг ответили ему громкими криками.
– Но народ нельзя оставлять без управления, – забеспокоился Гэндальф. – Нужен человек, которому все доверяли бы и соглашались повиноваться.
– Я уже думал об этом. Если я не вернусь из похода, пусть моим преемником станет Эомер. Но раз он тоже идет с нами, за меня останется Эовин. Я сам скажу ей об этом. А, вот и мой советник!
Двое воинов ввели Гриму Черного. Он был очень бледен и щурился от солнечного света. С ним пришел Хама. Преклонив колено, он подал Теодену меч в окованных золотом и отделанных яхонтами ножнах.
– Меч был в сундуке у Черного, – сказал он, – хотя он и не хотел отдавать ключи. И там нашлось много других вещей, которые считались потерянными.
– Лжешь! – прохрипел Черный. – Твой господин сам отдал мне меч на хранение.
– А теперь он требует его обратно, – властно сказал Теоден. – Или тебе это не по нраву?