Бой продолжался недолго. По площади, покрытой трупами, Гусев ворвался, во главе отборного отряда, в Дом Советов. Дом был пуст. Тускуб и все инженеры бежали.
ПОВОРОТ СОБЫТИЙ
Войска повстанцев заняли все важнейшие пункты города, указанные Гором. Ночь была прохладная. Марсиане мёрзли на постах. Гусев распорядился зажечь костры. Это показалось неслыханным: - вот уже тысячу лет в городе не зажигалось огня, - о пляшущем пламени пелось лишь в древней песне.
Перед Домом Совета Гусев сам зажёг первый костёр из обломков мебели. «Улла, улла», - тихими голосами завыли марсиане, окружив огонь. И вот, костры запылали на всех площадях. Красноватый свет оживил колеблющимися тенями покатые стены домов, мерцал в окнах.
За окнами появились голубоватые лица, - тревожно, в тоске, всматривались они в невиданные огни, в мрачные, оборванные фигуры повстанцев. Многие из домов опустели этой ночью.
Было тихо в городе. Только потрескивали костры, звенело оружие, - словно возвратились на пути свои тысячелетия, снова начался томительный их полет. Даже мохнатые звёзды над улицами, над кострами казались иными, - невольно сидящий у огня поднимал голову и всматривался в забытый, словно оживший их рисунок.
Гусев облетал на крылатом седле расположения войск. Он падал из звёздной темноты на площадь и ходил по ней, бросая гигантскую тень. Он казался истинным сыном неба, истуканом, сошедшим с каменного цоколя. «Магацитл, Магацитл», - в суеверном ужасе шептали марсиане. Многие впервые видели его и подползали, чтобы коснуться. Иные плакали детскими голосами:
- «Теперь мы не умрём… Мы станем счастливы… Сын неба принёс нам жизнь».
Худые тела, прикрытые пыльной, однообразной для всех, одеждой, морщинистые, востроносенькие, дряблые лица, печальные глаза, веками приученные к мельканию колёс, к сумраку шахт, тощие руки, неумелые в движениях радости и смелости, - руки, лица, глаза с искрами костров - тянулись к сыну неба.
- Не робей, не робей, ребята. Гляди веселей, - говорил им Гусев, - нет такого закону, чтобы страдать безвинно до скончания века, - не робей. Одолеем - заживём не плохо.