Гусев звал её Ихошка, хотя имя ей было - Иха, племянница управляющего, смешливая, смугло-синеватая, полненькая девушка.
Она живо пробежала мимо Гусева, - только сморщила нос в его сторону. Гусев приноровился было дать ей сзади леща, но воздержался. Сидел, курил, поджидал.
Действительно, Ихошка скоро опять явилась с корзиночкой и ножиком. Села невдалеке от «сына неба» и принялась чистить овощи. Густые ресницы её помаргивали. По всему было видно, что - весёлая девушка.
- Почему у вас на Марсии бабы какие-то синие? - сказал ей Гусев по-русски. - Дура ты, Ихошка, жизни настоящей не понимаешь.
Иха ответила ему, и Гусев, будто сквозь сон, понял её слова:
- В школе я учила священную историю, там говорилось, что Сыны Неба - злы. В книжках одно говорится, а на деле получается другое. Совсем Сыны Неба не злые.
- Да, добрые, - сказал Гусев, прищурив один глаз.
Иха подавилась смехом, кожура шибко летела у неё из-под ножика.
- Мой дядя говорит, будто вы, Сыны Неба, можете убивать взглядом. Что-то я этого не замечаю.
- Неужели? А чего же вы замечаете?