- Сейчас ночь: работа повсюду окончена, фабрики и магазины закрыты, площади пустые. Быть может - зрелища?
- Показывай зрелище.
Иха воткнула включатели в цифровую доску и, держа конец длинного шнура, отошла к креслу, где Сын Неба сидел, вытянув ноги.
- Народное гуляние, - сказала Иха и дёрнула за шнур.
Раздался сильный шум, - угрюмый, тысячеголосый говор толпы. Зеркало озарилось. Раскрылась непомерная перспектива сводчатых, стеклянных крыш. Широкие снопы света упирались в огромные плакаты, в надписи, в клубы курящегося, многоцветного дыма. Внизу кишели головы, головы, головы. Кое где, как летучие мыши, вверх - вниз, пролетали крылатые фигуры. Стеклянные своды, перекрещивающиеся лучи света, водовороты бесчисленных голов - уходили в глубину, терялись в пыльной, дымной мгле.
- Что они делают? - закричал Гусев, надрывая голос, - так велик был шум.
- Они дышат драгоценным дымом. Вы видите клубы дыма? - это курятся листья Хавры. Это драгоценный дым. Он называется дымом бессмертия. Кто вдыхает его - видит необыкновенные вещи: - кажется, будто никогда не умрёшь, - такие чудеса можно видеть и понимать. Многие слышат звук уллы. Никто не имеет права курить Хавру у себя на дому, - за это наказываются смертью. Только Верховный Совет разрешает курение, только двенадцать раз в году, в этом дому, зажигаются листья Хавры.
- А те - вон - что делают?
- Они вертят цифровые колёса: они угадывают цифры. Сегодня каждый может загадать число, - тот, кто отгадает, навсегда освобождается от работы. Верховный Совет дарит ему прекрасный дом, поле, десять хашей и крылатую лодку. Это огромное счастье угадать.
Объясняя, Иха присела на подлокотник кресла. Гусев сейчас же обхватил её поперёк спины. Она попыталась выпростаться, но затихла, - сидела смирно. Гусев много дивился на чудеса в туманном зеркале. - Ах, черти, ах, безобразники! - Затем попросил показать ещё чего-нибудь.