«Довольно тебе скитаться, мой сын, довольно скитаться».
Тогда Мгер просит у бога послать ему великий бой. И бог посылает семь ангелов биться с ним. Мгер машет мечом, но меч не задевает ангелов. Он сражается с призраками.
Мгер в великом унынии подъезжает к Черной скале, ударяет в нее палицей. Скала распалась надвое, и Мгер и конь Джалали вошли в расщелину, и вновь скала сомкнулась, поглотила в недра свои Мгера и дивного коня Джалали.
Вот каким эпилогом оканчивается поэма:
Говорят, — как-то раз,
На вознесенье в ночь,
Одному пастуху довелось там быть.
Раздвинулась Мгера скала.
Вошел пастух, глядит:
В пещере исполин сидит.
Спросил пастух:
— Когда отсюда выйдешь, Мгер?
Ответил Мгер:
— Коли встану, выйду на свет, —
Не удержит меня земля!
Пока этот мир полон зла,
Пока будет лжива земля,
На свете мне не жить.
Когда разрушится мир и воздвигнется вновь,
Когда будет пшеница, как лесной орех.
Как шиповника ягода будет ячмень,
Тогда придет мой день, —
Отсюда я выйду в тот день!
То, о чем тысячу лет пели армянские барды, свершается. Мир разрушился и воздвигнулся вновь. И на полях прекрасной Армении клонятся от тяжести колос пшеницы и колос ячменя. И под ударами копыт Джалали бежит и орошает землю светлый ключ счастливой жизни.
Речь на торжественном заседании памяти М.Ю. Лермонтова
Отмечая 125-летнюю дату со дня рождения Михаила Юрьевича Лермонтова, мы тем самым отмечаем начало нашего пересмотра великого русского поэта, с тем чтобы его творчество заняло наконец соответствующее место в нашей литературе.
В русской критике до революции прочно укоренился взгляд на творчество Лермонтова как на творчество подражательное, как на некое эхо великих звучаний западноевропейской литературы. Для персонажей и образов лермонтовской поэзии и прозы тщательно разыскивали прототипы из английской и французской словесности. Герои Лермонтова трактовались как бледные копии с великих западных произведений.
Такое отношение к Лермонтову исходило от общего укоренившегося пренебрежительного и высокомерного отношения буржуазной критики к своеобразной культуре русского народа, к той национальной культуре, которая — к негодованию всех наших врагов и к удивлению всех лакейски мыслящих — оказалась великолепной плодородной почвой для того, чтобы в два десятилетия взрастить социалистическое общество и вознести нашу страну на первое место в мире. А нашей культуре и надлежит быть первой, ведущей, источником великих идей и новых моральных ценностей, примером героизма, великодушия и размаха, того творческого размаха, с которым наш народ совершил революцию.