— А что, ребята, ведь, может, и в самом деле он нарочно выдал Коршуна!
Глухой ропот пробежал меж разбойников.
— Нарочно, нарочно выдал! — сказали многие.
— Да что это за князь? — спросил один. — Зачем его держат? Выкупа за него ждет атаман, что ли?
— Нет, не выкупа! — отвечал рыжий песенник. — Князя, вишь, царь обидел, хотел казнить его; так князь-то от царя и ушел к нам; говорит: я вас, ребятушки, сам на Слободу поведу; мне, говорит, ведомо, где казна лежит. Всех, говорит, опричников перережем, а казною поделимся!
— Вот как! Так что ж он не ведет нас? Уж третьи сутки здесь даром стоим!
— Оттого не ведет, что атаман у нас баба!
— Нет, этого не говори, Перстень не баба!
— А коли не баба, так и хуже того. Стало быть, он нас морочит!
— Стало, — сказал кто-то, — он хочет царскую казну на себя одного взять, а нам чтоб понюхать не досталось!