- Подожди хоть немножко, дай вздохнуть, - у меня ноги в крови все.
- Э, брат, заживут; ты легче прыгай. Вот как!
И побежал Жилин назад, влево, в гору, в лес. Костылин все отстает и охает. Жилин шикнет-шикнет на него, а сам все идет.
Поднялись на гору. Так и есть - лес. Вошли в лес, - по колючкам изодрали все платье последнее. Напались на дорожку в лесу. Идут.
- Стой! - Затопало копытами по дороге. Остановились, слушают. Потопало, как лошадь, и остановилось. Тронулись они - опять затопало. Они остановятся и оно остановится. Подполз Жилин, смотрит на свет по дороге - стоит что-то. Лошадь не лошадь, и на лошади что-то чудное, на человека не похоже. Фыркнуло слышит. "Что за чудо!" Свистнул Жилин потихоньку, - как шаркнет с дороги в лес и затрещало по лесу, точно буря летит, сучья ломает.
Костылин так и упал со страху. А Жилин смеется, говорит:
- Это олень. Слышишь - как рогами лес ломит? Мы его боимся, а он нас боится.
Пошли дальше. Уж высожары спускаться стали, до утра недалеко. А туда ли идут, нет ли, - не знают. Думается так Жилину, что по этой самой дороге его везли и что до своих - верст десять еще будет; а приметы верной нет, да и ночь - не разберешь. Вышли на полянку. Костылин сел и говорит:
- Как хочешь, а я не дойду, - у меня ноги не идут.
Стал его Жилин уговаривать.