Александра Дмитриевна пощелкала языком.
- Brisons la-dessus. Et bonne nuit [Оставим это. И покойной ночи (франц.)], - сказал он.
Но Александра Дмитриевна не уходила. Она помолчала.
- Петя мне говорил, что вы хотите оставить деньги той женщине, у которой она живет. Вы знаете адрес?
- Знаю.
- Так не делайте это через нас, а съездите сами. Вы только посмотрите, как она живет. Если вы не захотите видеть ее, то наверное не увидите. Его там нет, никого нет.
Михаил Иванович вздрогнул всем телом.
- Ах, за что, за что вы меня мучаете? Это негостеприимно.
Александра Дмитриевна встала и с слезами в голосе, умиляясь сама над собой, проговорила:
- Она такая жалкая и такая хорошая.