[24 августа.) Я есмь нечто, сознающее свою отделенность от Всего. Все и себя вмес[те] со всем я не могу понимать иначе как веществом в движении.
А между тем если бы я был только веществом в движении, и то, двигаясь со всем веществом, я не мог бы сознавать себя отделенным. И потому «Я», сознающее себя отделенным, есть нечто невещественное и недвижущееся. Если оно, вещество и время, кажется нам движущимся, то только п[отому], ч[то] движется Всё, кроме его. (Не вышло.)
Освобождение этого я от заблуждени[я] вещества и движения и есть то, что мы называем жизнью.
Сейчас думал про это, и вдруг стало тяжело, сомнительно. Старался справиться, но не помогали никакие рассуждения, не мог сознавать Бога и стало одиноко, бессмысленно, страш[но]. Вспомнил молитву: «Знаю, ч[то] если я.......................», почувствовал в душе любовь и на де[ле] к Алексею, к нищ[им], и всё прошло.
Да, только одно, одно — любовь.
К Лаотзе: пустота ступицы, сосуда дает возможность проявиться духу.
1) Не делать планов. От этого недоброта.
2) Не записывать всего, что говорит учитель, от этого мно[го] плохого и лишне[го].
[26 августа.) Как я травил и резал без малейшей жалости зайцев, птиц, лисиц, так же теперь приговаривают к смер[ти], вешают.
[26-27 августа.) Я перешел ту степень, когда обо мне судят люди, большинство их. Теперь уже одни не судя пристают к хвалителям, другие к хулителям.