<Рубка лѣса. Дневникъ Кавказскаго Офицера.>
На Кавказѣ существуютъ три рода войны: набѣги, осады крѣпостей или правильнѣе, укрѣпленныхъ ауловъ и постройка крѣпостей въ непрiятельскихъ владѣнiяхъ. — Набѣги производятся съ цѣлью или — раззорить, сжечь и истребить непрiятельскiя жилища, или захватить въ нихъ оружiе непрiятеля, или — главныхъ ихъ начальниковъ, и производятся только въ тѣхъ краяхъ Кавказа, гдѣ непрiятель, по принятому обычаю и по устройству своихъ ауловъ, не защищается въ нихъ. — Этотъ родъ войны особенно блестящъ, ежели можно такъ выразится, но рѣдко приноситъ ожидаемую пользу, такъ какъ непрiятель черезъ своихъ лазутчиковъ почти всегда знаетъ впередъ движенiя Русскихъ и принимаетъ свои мѣры. Осада и взятiе укрѣпленныхъ ауловъ бываютъ продолжительны и часто сопряжены съ тяжелыми трудами и потерями; но зато, увѣнчавшись успѣхомъ, приносятъ ясную, положительную пользу, устраняя преграды къ дальнѣйшимъ завоеванiямъ. Третiй родъ войны — постройка крѣпостей — есть сущность нашихъ дѣйствiй на Кавказѣ; придвигая все ближе и ближе съ различныхъ сторонъ линiи нашихъ крѣпостей къ центру непрiятельскихъ владѣнiй, мы, хотя медленнымъ, но твердымъ и увѣреннымъ шагомъ подвигаемся къ нашей цѣли. Но такъ какъ мѣстность непрiятеля неизвѣстна и неприступна по причинѣ покрывающихъ ея лѣсовъ, то для того, чтобы приступить къ постройкѣ крѣпости, нужно узнать мѣстность, т. е. сдѣлать рекогносцировку и очистить мѣстность, т. е. произвести рубку лѣса. Рекогносцировки производятся быстро и большей частью легко; но рубки лѣса, по крайней мѣрѣ въ краѣ главнаго театра войны, составляютъ продолжительнѣйшее, труднѣйшее и полѣзнѣйшее занятiе здѣшнихъ войскъ. —
Въ 18.....
_____________
* ДЯДИНЬКА ЖДАНОВЪ И КАВАЛЕРЪ ЧЕРНОВЪ.
(1854)
(Первая редакция)
<Въ 1828 году, въ одну изъ артиллерiйскихъ ротъ, расположенныхъ на Кавказской линiи, пригнали 25 человѣкъ рекрутъ. Это все была молодежь — мясистая, неуклюжая, съ бѣлыми стрижеными головами и унылыми толстыми лицами. Между ними былъ одинъ только Черновъ, высокiй мущина съ русыми усами и ловкими самоувѣренными движенiями, который обращалъ на себя вниманiе. На Черновѣ была розовая рубаха, онъ игралъ на балалайкѣ, плясалъ и вѣчно шутилъ и смѣялся. Артель невольно поддалась его влiянiю, ему повиновались и старались подражать, но веселье другихъ рекрутъ было какъ-то неловко и жалко. — Только одинъ рекрутъ никогда не пытался отуманиться виномъ, балалайкой и хохотомъ; не скрывалъ своего горя и искренно предавался ему. Это былъ маленькiй, бѣлоголовый парень съ большими голубыми глазами; онъ никогда не подходилъ къ товарищамъ, не пилъ, не разговаривал, не слушалъ, а съ вѣчно опущенной головой садился въ сторонкѣ, доставалъ складной ножикъ, единственное свое имущество, бралъ какую-нибудь палочку, строгалъ ее и плакалъ. — О чемъ онъ думалъ, о чемъ онъ плакалъ? Богъ его знаетъ.
Товарищи трунили надъ нимъ, заставляли его пить. Онъ напивался и плакалъ еще больше и приговаривалъ. Хотѣли, чтобы онъ тоже поставилъ касуху. Онъ отказался. Его прибили, и онъ отдалъ послѣднiе 2 рубля и опять заплакалъ. Когда рекрутовъ пригнали въ роту, Унтеръ Офицеръ сказалъ фельдвебелю, что изъ рекрутовъ солдатъ бойкiй выйдетъ.>