В приятну ночь, при лунном свете,
пел он, глядя на Соню; и он, казалось, и сам понимал и другим внушал, как много всё это значило — и слова, и улыбки, и песня, хотя собственно всё это ничего не значило.
Стр. 82, строка 7.
Вместо: И он не допел еще кончая: и закашляли музыканты. — в Р. В.: Он пел для одной Сони, но всем стало весело и добро на сердце, когда он кончил и с увлаженными глазами встал от клавикорд.
— Charmant! Délicieux! послышалось со всех сторон.
— М. Nicolas, сказала Julie со вздохом подходя к нему, adorable cette romance. J’ai tout compris.[453]
Во время пения Марья Дмитриевна встала из-за бостона, и остановилась в дверях, чтобы слушать.
— Ай да Nicolas! сказала она: — в душу лезет! Поди, поцелуй меня.
XXVIII.
Наташа шепнула Николаю, что Вера уже расстроила Соню, украв у нее стихи и наговорив ей неприятностей. Николай покраснел, и тотчас решительным шагом подошел к Вере и шопотом стал говорить ей, что ежели она посмеет сделать что-нибудь неприятное Соне, то он будет ее врагом на всю жизнь. Вера отговаривалась, извинялась и замечала также шопотом, что неприлично говорить об этом, указывая на гостей, которые заметив, что между братом и сестрой была какая-то неприятность, удалились от них.