— Да идем, ребята. Чего смотреть на них.
Все встали. Емельян убрал свою бутылочку с оставшейся водкой и пошел вперед вместе с товарищами.
Не прошел он двадцати шагов, как народ стеснил так, что идти стало трудно.
— Чего лезешь?
— А ты чего лезешь?
— Что ж, ты один?
— Да буде.
— Батюшки, задавили, — послышался женский голос. Детский крик слышался с другой стороны.
— Ну тебя к матери…
— Да ты что? Али тебе одному нужно?