— Товарищ полковник, — обратился он к Ковалеву, — разрешите доложить майору.
— Докладывайте.
— Ну, что, привели? — не ожидая доклада, торопливо спросил Ратников.
— Так точно, привел, товарищ майор, — ответил Дымов и добавил, покосившись на дверь и понизив голос: — Хочу доложить, товарищ майор: подозрительная личность этот американец.
— Почему такое заключение сделали? — удивился Ратников.
— Ведет себя странно. Всю дорогу вопросы мне разные задавал. Да и русским языком он, видимо, не плохо владеет, а прикидывается, будто не особенно в нем силен. Так что вы учтите это.
— Ладно, учтем, товарищ Дымов, — улыбнулся Ратников, — а о чем же он расспрашивал вас?
— О разном. Все больше обстановкой интересовался. Не в лоб, конечно, но я ведь тоже понимаю, что к чему, и так ему отвечал, что он не понял ничего. За дурачка, видно, меня принял. Разозлился даже. Балбесом обозвал. Стерпел я, конечно, для пользы дела.
Ковалев с Ратниковым, улыбаясь, переглянулись.
— А с кем же вы этого американца там оставили? — спросил полковник, кивнув на дверь.