— Разрешить воспользоваться вашей рацией, — ответил Гэмп и с тревогой, как показалось майору Ратникову, посмотрел в глаза полковнику.
— С кем вы собираетесь связаться по радио? — спросил полковник.
— С нашим аэродромом на вашей территории.
— С какой целью?
— Спросить указаний у команд ов э форс... у командования нашей группы.
Полковник неспеша стал набивать трубку, предложил табак Гэмпу.
— О, тэньк ю, сэр! Спасибо! Я курю только сигареты. Прошу попробовать, сэр.
Он вытащил пачку в пестрой обертке и протянул полковнику.
— Благодарю вас, сержант. Я курю только наш советский табак. Ну-с, а что касается рации, то я вам дам ответ минут через пятнадцать. Мне нужно выяснить, не будет ли она занята сегодня. Товарищ Дымов, проводите господина сержанта в соседнюю землянку.
— Положение замысловатое, — задумчиво произнес Ковалев, когда американец вышел. — Утром, как только села в нашем расположении «летающая крепость», мы с подполковником Сидоровым из контрразведки тотчас же выехали к месту ее посадки. Вид у этой «крепости» действительно сильно потрепанный. Мы предложили американцам помощь в ремонте, но командир «летающей крепости», капитан Крокер, кажется, вежливо поблагодарил и отказался. Об одном только попросил он — оказать содействие его радисту, если ему не удастся связаться со своим аэродромом. Радиостанция на самолете оказалась поврежденной при посадке, но радист тогда еще надеялся поправить ее. Ничего не вышло, видимо. А может быть, и специально подстроено все это, чтобы проникнуть к нам в штаб.