— Вон в том окне живет Степа. Он учится в ремесленном. И поет в хоре во Дворце культуры трудовых резервов. Их хор даже в Колонном зале выступал. И по радио. Он все свое свободное время поет какие-то упражнения — гаммы. Букву «а» тянет на разные лады. Моя мама просит его: «Степа, ты бы хоть немного отдохнул. Или дал нам отдохнуть. Больше нельзя выдержать». А Степа отвечает маме: «Это упражнения для постановки голоса, без этих гамм не будешь певцом».
— Когда я учил Маришку служить, — приводит еще более убедительный пример Володя, — я ее тысячу раз заставлял делать одно и то же.
— И, между прочим, она до сих пор служить не умеет, — насмешливо отзывается Вася.
Ипполит улыбается:
— Ну, насчет собаки ты немного перехватил. У нас здесь, конечно, дрессировки не будет. Просто будем не только играть, но и заниматься всякими упражнениями. Будем заниматься футбольными гаммами. Даже больше будем их разучивать, чем играть.
— Что же это получается? — разочарованно тянет Виктор, и лицо его сразу приобретает опечаленное выражение. — И в школе у нас будут занятия, и после школы будут занятия. Все двадцать четыре часа — одни занятия.
— Вы его не слушайте, — снова мгновенно краснея, говорит Андрюша. — Он еще не все понимает.
Ипполит оставляет без ответа и то и другое замечание и продолжает: Зато через несколько месяцев, к концу лета, у нас будет хорошая, дисциплинированная и дружная команда.
— У нас есть враг номер первый, — восклицает, загораясь, Вася. — Ребята из Тихого переулка — «тихари». И моя мечта обыграть их! Это моя самая заветная мечта!
— Сильный противник! — с уважением произносит Володя. — Маришка совсем охрипла из-за них.