— Это я ему все показывала, Вася — с гордостью заявляет Людочка, — только он никак не мог понять. А сейчас он понял. Сейчас ты, Володя, ударил по всем правилам.
Володя подхватывает девочку на руки и начинает кружиться с ней.
— По всем, Людочка, по всем! По всем законам и правилам!
— Ну, нам пора идти, — умеряет пыл развеселившегося товарища Вася. — Все уже пошли. Будут ждать нас у входа на фабрику.
Володя опускает Людочку на землю, стряхивает пыль с ее платьица, со своих брюк. Потом берет папку с рисунками.
— Я готов. И все мое со мной, как говорили древние римляне.
— Давай, римлянин, не отставай, — смеется Вася. — А то опоздаем. Миновав сарай и обогнув сзади дом, мальчики выходят во двор, оттуда — на улицу.
Если «в одну телегу впрячь не можно коня и трепетную лань», то уж совсем невозможно заставить Васю и Володю идти рядом по оживленным московским улицам. Поминутно «трепетной лани» — Васе — приходится останавливаться и поджидать, когда «конь» — Солодя — вырвется из потока пешеходов и догонит его. Когда мальчики подходят к перекрестку, светофор показывает им свой зеленый глаз. Но только они ступают на мостовую, как зажигается желтый. Вася мчится вперед, а Володя робко поворачивает назад. И так, отделенные потоком автомобилей, стоят они несколько минут на разных сторонах улицы. Вася со своего тротуара грозит товарищу кулаком, а тот только беспомощно разводит руками.
Но вот Володя улучает минуту, когда они оказываются рядом, и говорит:
— Вот то, что Дугин «врио», это меня немного волнует.