— Молодец, — похвалил Волжин. — Сообразил! А, может, ты раньше знал ответ на этот вопрос?
— Нет, раньше не знал.
— Впрочем, вопрос этот я сам придумал. А ответ ты дал самый лучший. Некоторые отвечают: дровяной склад. Это тоже верно. Но поленница — лучше. А человек несообразительный на этот вопрос ответил бы, что дрова, мол, это и так есть множественное число.
— Это я понимаю, грамматику еще не забыл. Только я сразу смекнул, что туточки суть не в грамматике, а яка-то хитра заковыка.
— Очень хорошо. Значит, ты парень сообразительный и неопрометчивый. Из опрометчивого человека снайпера не выйдет… Теперь посмотрим, что еще требуется снайперу. Загибай пальцы. Хорошее зрение, дневное и ночное, — раз. Наблюдательность — два. Инициативность — три. Терпение — четыре. Уменье маскироваться — пять. Смелость — шесть. Упорство — семь. Воля к победе — восемь. Ненависть к врагу — девять…
Скоро пальцев Перепелице нехватило, загибать больше было нечего.
— Разувайся! — пошутил Волжин. Но Перепелица и тут не смутился.
— Ни, разуваться не треба, — отвечал он. — Все пальцы я могу поразгибать. Все, что ты наговорил, добрый разведчик имеет. Это для нас не диковина! Мне треба одно — попрактиковаться со снайперской винтовкой. Оптику освоить. Больше ничого!
— Ты думаешь, это так просто? — возразил Волжин, несколько задетый таким умалением снайперского искусства. — Это большое дело!
— Понимаю, — примирительно сказал Перепелица. — Только ведь у нас на селе я был найкращий стрелок. У нас в колхозном клубе тир был богатый.