Итак, лодки с первых же дней своего появления служили для целей разрушения, потопления судов неприятельского флота.
Кажется совершенно невероятным, чтобы человеческая мысль всецело сконцентрировалась в этом отношении только на создании нового средства войны и уничтожения себе подобных.
Вполне понятен вопрос: а возможно ли применение подводной лодки для культурных целей, для изучения флоры и фауны морских глубин, для научных исследований подводного мира?
Реальные возможности подобных подводных лодок весьма ограниченны. Сравнительно ничтожная глубина погружения и плохая видимость под водой обесценивают научное значение этих лодок.
Как нами будет указано дальше, современные подводные лодки рассчитываются на прочность корпуса при погружении не свыше ста метров. Даже при такой скромной глубине погружения корпус составляет 47–50 % всего водоизмещения лодки.
Выбросив из военной лодки все ненужное для целей научного исследования, уменьшив до минимума вес двигателей, — все полученные, излишки веса можно обратить на увеличение прочности корпуса для сопротивления большим давлениям. Но и здесь существуют границы: они лежат в пределах тех давлений, которые развиваются внутри паровых котлов существующего типа.
Подводная лодка — кессон с мощным стальным корпусом — все же не погрузится без риска для себя глубже 250–300 метров.
Но как наблюдать из этой лодки на такой глубине? Через стеклянное окно?
Обыкновенное стекло надо считать мало применимым для работ на больших глубинах. Небольшая трещина в стекле, чаще всего получающаяся при основании рамки, в которую оно вставлено, от неоднородных натяжений металла и стекла, находящихся под давлением, ведет к дальнейшему разрушению стекла.
Задача упрощается при работах со стеклами, обладающими известной упругостью. Это весьма оригинальное свойство стекла достигается путем склеивания многих тонких стеклянных пластин (наивысшего качества стекла) в один лист. Склеивание производится особым лаком; получается прозрачность обыкновенного стекла. Такие стекла не дают сквозных трещин и осколков.