— Нет, ребята, — уверенно сказал Удалов, — это нам сикурс[28] подошел. Вон как всё тихо да мирно. Ни пальбы, ни тревоги. Ишь, паруса сушат. Это наши корабли.
— А салют почему не слыхать было? — с сомнением сказал Усов.
— Эвона! — засмеялся Удалов. — Из-за сопки не доносит, звук стороной идет. Намедни, как мы за кирпичом ходили, на «Авроре» артиллерийское ученье было, а мы не слыхали.
— И то… — кивнул головой Усов, не отрывая своих маленьких глаз от эскадры, которая действительно имела мирный вид. — Однако надо круга дать, — сказал старик, отворачивая руль. — Неровен час, неприятель.
— Дядя Усов, идем прямо! Охота взглянуть поближе — может, новости какие узнаем, дядя Усов. — улыбаясь, попросил Удалов.
— Я те не дядя, а господин боцман! — обрезал его старик. — И непрошенными соваться нечего, как раз под беду попадешь.
— Да нет, видать, верно наши. Вон. гляди, с русленей[29] рыбу удят. — Бледных указал на корвет, где действительно несколько человек удили, ловко выхватывая из воды сверкающую, как солнечный зайчик, рыбу.
Всем четверым это мирное занятие показалось настолько несоответственным для неприятеля, пришедшего штурмовать крепость, что они переглянулись с облегченной улыбкой.
— А что будет? — вкрадчиво сказал Удалов. — Пройдем кабельтовых в трех: если наши — подойдем, а если чего другое — пока они будут спускать шлюпки, мы завсегда под парусом уйдем.
— Да нет, какой неприятель, наши это! — уверенно сказал Попов.