Не скоро, долго помолчавши, она заговорила про то, о чем думали оба, но каждый по-своему.
-- Боязно за Ксению Викторовну. Выдержит ли?
-- И ты боишься? -- изумился Павел.-- Я тоже.
-- Так и ты знаешь?
-- Что у нее нехорошие предчувствия? Еще бы. Сколько раз толковала.
-- Начнешь предчувствовать... поневоле. Который раз уже! Страшно, что так часто. Какой Арсений жестокий. Ведь это он все. По его настоянию.
-- Что ты говоришь такое? -- погасшим голосом переспросил Павел, осененный догадкой, еще смутной.-- Что часто? И что "который раз"? О чем ты?
-- Я? Я... ну, об операциях... Да полно, Павел. Разве не знаешь?
-- Не знаю... то есть... не знал. До сих пор не знал.
-- Ну, что это, какой недогадливый. Точно младенец. Или с неба свалился?