И мнѣ десницею святою
Онъ указалъ правдивый путь,
Одушевилъ могучимъ словомъ,
Вдохнулъ мнѣ въ сердце много силъ,
Но непреклоннымъ и суровымъ
Меня Господь не сотворилъ!
И дѣйствительно, Цицеронъ не былъ одаренъ ни непреклонностью воли, ни твердостью и стойкостью духа, ни самостоятельностью политическихъ взглядовъ, ни политическою дальновидностью. Легко поддающійся впечатлѣнію минуты, онъ, правда, не только увлекался несбыточными мечтами, дававшими обильную пищу его гордости и тщеславію, но и возвышался нерѣдко въ минуту опасности до истиннаго героизма; зато онъ такъ же легко впадалъ иногда и въ глубокое отчаяніе, выражавшееся въ его обильной перепискѣ (до насъ дошло болѣе 860 писемъ) нескончаемымъ рядомъ раздирающихъ душу жалобъ. Эти недостатки Цицерона были причиною того, что ему постоянно выпадало на долю служить орудіемъ въ рукахъ смѣлыхъ и рѣшительныхъ честолюбцевъ, Помпея и Цезаря, которые то привлекали его въ себѣ, то снова отталкивали, какъ только онъ становился имъ не нуженъ.
Какъ бы то ни было, слабыя стороны въ характерѣ Цицерона искупаются въ полной мѣрѣ всею его жизнью, честною, трудовою, всецѣло посвященною благу отечества и согражданъ, а великія его заслуги, не только передъ римлянами, но и передъ цѣлымъ человѣчествомъ, представляютъ одну изъ самыхъ свѣтлыхъ страницъ въ римской исторіи.
VII. СУДОПРОИЗВОДСТВО ВЪ РАЗНЫЕ ПЕРІОДЫ РИМСКАГО ГОСУДАРСТВА.
Судопроизводство въ Римѣ въ разные періоды, какъ то: царей, республики и имперіи, находилось въ разныхъ рукахъ.