9. В то же время ты должен иметь в виду, что все деньги, доставшиеся мне законным путем, я сдал в Эфесе откупщикам. Они составили 2 200 000 сестерциев: все эти деньги увез Помпей¹³³³. Независимо от того, безразлично ли или небезразлично я к этому отношусь, ты должен безразлично отнестись к ста тысячам сестерциев и считать, что получил на столько же меньше либо содержания, либо от моей щедрости. Но если бы ты отнес за мой счет эти сто тысяч сестерциев, то по своей любезности и любви ко мне, ты не согласился бы принять от меня оценку¹³³⁴ при нынешних обстоятельствах. Ведь если бы я захотел наличными, у меня бы их не было. Но считай, что это моя шутка; я и полагаю, что ты так считаешь. Тем не менее, когда Туллий возвратится из усадьбы, я пришлю его к тебе, если ты сочтешь, что это сколько-нибудь важно. Нет никаких оснований к тому, чтобы мне захотелось разорвать это письмо.

CCCII. Титу Помпонию Аттику, в Рим

[Att., VII, 10]

Близ Рима¹³³⁵, 17 или 18 января 49 г.

Внезапно я принял решение выехать¹³³⁶ до рассвета, чтобы не быть замеченным или не вызвать толков, особенно из-за ликторов с лаврами¹³³⁷. Что касается будущего, то, клянусь, не знаю, что делаю и что буду делать — так встревожен я необдуманностью нашего безумнейшего решения¹³³⁸. Что же могу я посоветовать тебе, от которого я сам жду совета? Какое решение принял или принимает наш Гней¹³³⁹, не знаю; до сего времени он скован в городах и оцепенел. Если он удержится в Италии, мы все будем вместе; если же отступит, дело требует обсуждения. До сего времени (если я не помешан) все — глупо и неосмотрительно. Прошу тебя, пиши мне часто, хотя бы то, что придет на ум.

CCCIII. Титу Помпонию Аттику, в Рим

[Att., VII, 11]

В Кампании, между 17 и 22 января 49 г.

1. Прошу, что это такое? Или что совершается? Ведь для меня — это мрак. «Цингул, — говорят, — мы удерживаем, Анкону потеряли; Лабиен¹³⁴⁰ оставил Цезаря». Об императоре¹³⁴¹ ли римского народа мы говорим или о Ганнибале? О безумный и жалкий человек, который никогда не видел даже тени прекрасного! И все это он, по его словам, делает ради достоинства. Но где достоинство, если не там, где честность? Честно, следовательно, иметь войско без всякого официального решения; занимать города, населенные гражданами; чтобы легче был доступ в отечество, задумать отмену долгов, возвращение изгнанников, шестьсот других преступлений,

чтобы высшую богиню — власть иметь? 1342