Пусть он изведает свою судьбу! Клянусь, я предпочел бы один раз погреться с тобой на твоем благотворном солнце, чем обладать всеми царствами в этом роде или, лучше, умереть тысячу раз, чем однажды задумать что-либо в этом роде.
2. «А что, если бы ты захотел?» — говоришь ты. Ну, кому не дозволяется хотеть? Но это самое «хотеть» я считаю б о льшим несчастьем, нежели быть поднятым на крест; есть одно несчастье больше этого, — достигнуть, чего ты так хотел. Но об этом довольно. Ведь я охотно немного отдыхаю среди этих огорчений.
3. Возвратимся к нашему1343. Во имя судьбы! Каким кажется тебе решение Помпея? Спрашиваю именно о том, что он оставил Рим. Ведь я недоумеваю. Тогда нет ничего более нелепого. Рим оставить? Сделал бы ты то же, если бы пришли галлы? «Не в стенах, — говорит, — государство, не в алтарях и очагах; так поступил Фемистокл»1344. Ибо один город не мог выдержать потока всех варваров; но Перикл не сделал того же почти пятьдесят лет спустя, хотя он и не удерживал ничего, кроме стен. Наши некогда все-таки удержали крепость, хотя весь остальной город и был взят1345.
Так мы слышим молвы и о древних славных героях 1346.
4. Но, с другой стороны, судя по скорби в муниципиях и речам тех, с кем я встречаюсь, это решение, видимо, подействует. Люди чрезвычайно жалуются на то, что Рим без должностных лиц, без сената (не знаю, как у вас, извести меня). Наконец, бегство Помпея удивительно волнует людей. Что еще нужно? Другое дело начато. Считают, что Цезарю более ни в чем не следует уступать. Объясни мне, в чем здесь дело.
5. Я стою во главе спокойного дела. Помпей хочет, чтобы над всей этой частью Кампании и морским побережьем я был наблюдателем, который ведал бы набором и важнейшими делами. Поэтому я думал быть странствующим. Ты, я полагаю, уже видишь, каков порыв Цезаря, каков народ, каково положение в целом. Пожалуйста, пиши мне об этом, а так как оно изменчиво, то возможно чаще. Ведь я успокаиваюсь — и когда пишу тебе, и когда читаю твои письма.
CCCIV. Титу Помпонию Аттику, в Рим
[Att., VII, 12]
Формийская усадьба, 21 января 49 г.
1. До сего времени я получил от тебя одно письмо, отправленное за одиннадцать дней до календ, в котором указывалось, что ты ранее отправил другое, которого я не получил. Прошу, пиши мне возможно чаще не только, если узнаешь или услышишь что-нибудь, но также, если что-нибудь заподозришь, особенно же о том, что мне, по-твоему, следует делать и чего не следует делать. Что касается твоей просьбы, чтобы я старался извещать тебя о том, что делает Помпей, то он, я думаю, даже сам этого не знает; из нас, по крайней мере, — никто.