4. То, что я намерен сказать, правда, полагаю я, не особенно относится к делу, тем не менее нисколько не вредно сказать. У одного из них имущество очень незначительное, у другого едва всадническое2720. Поэтому, раз Цезарь, по своему благородству, даровал им жизнь и у них особенно нечего отнять, устрой людям возвращение, если ты меня любишь настолько, насколько, конечно, любишь. Единственное препятствие — это длинная дорога, перед которой они не останавливаются именно для того, чтобы и жить со своими и умереть дома. Настоятельно еще и еще прошу тебя постараться об этом и приложить усилия или, лучше, сделать это (ведь я уверен, что ты можешь).
DXLVII. Гаю Юлию Цезарю, в Испанию
[Fam., XIII, 16]
Рим (?), начало 45 г.
Марк Туллий Цицерон шлет большой привет императору Гаю Цезарю.
1. Из всей знати я более всего любил молодого Публия Красса2721 и не только возлагал на него наилучшие надежды с его раннего возраста, но и составил себе о нем прекрасное мнение, узнав исключительные суждения, которые ты высказал о нем. Его вольноотпущенника Аполлония еще тогда, когда тот был жив, я высоко ценил и одобрял; ведь он был и предан Крассу и чрезвычайно пригоден для его важнейших занятий; поэтому он был очень любим им.
2. После смерти Красса он потому показался мне более достойным быть принятым мной под мое покровительство и как друг, что он признавал должным уважать и почитать тех, кого тот любил и кому он был дорог. Поэтому он приехал ко мне в Киликию, и его верность и благоразумие принесли мне большую пользу во многих делах, и, как я полагаю, по отношению к тебе во время александрийской войны он не был нерадив — в том, что зависело от его рвения и преданности.
3. В надежде, что и ты так полагаешь, он выехал к тебе в Испанию, правда, главным образом по собственному решению, но также и по моему совету. Рекомендации ему я не обещал, — не потому, чтобы я не считал, что она будет иметь силу в твоих глазах; но мне казалось, что в рекомендации не нуждается тот, кто и был с тобой на войне, и, благодаря памяти о Крассе, является одним из твоих, и, если бы захотел прибегнуть к рекомендации, мог бы, как я видел, достигнуть этого через других. Свидетельство о своем суждении о нем, которое и сам он высоко ценил и которое, как я узнал на опыте, имеет силу в твоих глазах, я дал ему охотно.
4. Итак, я узнал его как ученого человека и преданного прекрасным занятиям и притом с детства. Ведь у меня в доме он с детства проводил много времени со стоиком Диодотом2722, человеком, по моему мнению, образованнейшим. Но теперь, горя рвением к твоим деяниям, он жаждет написать о них по-гречески. Он это может, полагаю я; он силен дарованием; обладает навыком; уже давно занимается этим родом литературной деятельности; он чрезвычайно жаждет отдать должное бессмертию твоей славы. Вот свидетельство о моем мнении; но ты, по своей исключительной проницательности, гораздо легче будешь судить об этом. И все-таки — от чего я отказывался — препоручаю тебе его; все, что бы ты ни сделал для него, будет особенно приятно мне.