Астурская усадьба, 9 мая 45 г.

1. Какое порицание со стороны Цезаря встретит мое прославление²⁸⁸⁸, я понял из той книги, которую прислал мне Гирций²⁸⁸⁹; в ней он собирает недостатки Катона, но с величайшими похвалами мне. Поэтому я послал книгу Муске, чтобы он дал твоим переписчикам. Ведь я хочу, чтобы она распространялась; чтобы это было легче, ты отдашь приказание своим.

2. Часто пытаюсь написать совещательное²⁸⁹⁰; не нахожу ничего. Между тем в моем распоряжении книги и Аристотеля и Феопомпа к Александру²⁸⁹¹. Но что сходного? Они писали так, чтобы это было и почетно для них и приятно Александру. Что в этом роде ты находишь? Мне, по крайней мере, не приходит на ум ничего. Ты пишешь, что опасаешься, как бы и мое влияние и авторитет не уменьшились от этого моего горя²⁸⁹²; я, со своей стороны, не знаю, в чем люди упрекают меня или чего они требуют. Чтобы я не скорбел? Как это возможно? Чтобы я не пал духом? Кто когда-либо в меньшей степени? Пока я находил облегчение в твоем доме, кого я не принял? Кто пришел и получил отказ? В Астуру я выехал от тебя. Те твои веселые, которые порицают меня, прочесть не могут столько, сколько я написал. Насколько это хорошо — совсем не относится к делу, но род писаний был таков, к какому никто не был бы способен, утратив присутствие духа. Тридцать дней пробыл я в садах. Кто без успеха пожелал встречи или возможности побеседовать со мной? Как раз теперь я читаю такое, пишу такое, что те, кто со мной, переносят досуг труднее, нежели я — труд.

3. Если кто-либо спрашивает, отчего я не в Риме, — потому что перерыв²⁸⁹³; почему я не в тех моих именьицах, пребывание в которых соответствует этому времени года, — потому что мне было нелегко переносить ту многолюдность. Итак, я там, где тот, кто считал наилучшими Байи²⁸⁹⁴, ежегодно проводил это время. Когда я приеду в Рим, то меня не будут порицать ни выражением лица, ни словами. Ту веселость, которой я приправлял печаль настоящего времени, я утратил навсегда; постоянство и твердость духа и высказываний не изменят мне.

4. Что касается садов Скапулы, — кажется, можно достигнуть, отчасти благодаря твоему влиянию, отчасти благодаря моему, чтобы они были предоставлены глашатаю²⁸⁹⁵. Если этого не произойдет, я не буду допущен. Если же я приду на торги, то своим сильным желанием превзойду средства Отона. Ты пишешь мне о Лентуле²⁸⁹⁶; дело не в нем. Только бы было надежным дело с Фаберием²⁸⁹⁷ и ты бы старался, как ты и поступаешь, — мы достигнем, чего хотим.

5. Ты спрашиваешь, сколько времени здесь; несколько дней, но наверное не знаю. Как только решу, напишу тебе, а ты мне — сколько времени ты пробудешь в загородной усадьбе. В тот день, когда я посылаю тебе это, мне и пишут и сообщают о Пилии и Аттике то же, что пишешь ты.

DXC. От Луция Лукцея Цицерону, в астурскую усадьбу

[Fam., V, 14]

Рим, 9 мая 45 г.

Луций Лукцей, сын Квинта, шлет привет Марку Туллию Цицерону, сыну Марка.