2. Раз это так, если моя дружба подает тебе какую-либо надежду, если ты хочешь сделать те одолжения и услуги, которые ты оказал мне в Брундисии, — хотя они и чрезвычайно приятны, — еще более приятными, если ты видишь, что я любим всеми твоими, дай и даруй мне следующее: сохрани Мания Курия починенным и покрытым³⁴³⁸, как говорят, и целым и невредимым от какого бы то ни было убытка, ущерба, тяготы. И сам я обещаю и все твои поручатся тебе за меня в том, что от моей дружбы и твоего одолжения мне ты получишь пользу и необычайное удовольствие.

DCXCVIII. От Публия Ватиния Цицерону, в Италию

[Fam., V, 10a]

Нарона, конец января 44 г.

Публий Ватиний шлет привет своему Цицерону.

1. Если ты здравствуешь, хорошо; я здравствую. Насчет твоего Дионисия³⁴³⁹ я до сего времени ничего не выяснил и тем менее, что далматинский мороз, который выгнал меня оттуда³⁴⁴⁰, снова заморозил меня даже здесь. Всё же не перестану, пока когда-нибудь не отрою его. Но ты требуешь от меня все трудное. О Гае Катилии³⁴⁴¹ ты написал мне в духе заботливейшего заступничества. Отстань с нашим Секстом Сервилием³⁴⁴²; ведь и я, клянусь, люблю его. Но такого рода клиентов, такого рода дела беретесь вы защищать? Человека, жесточайшего из всех, который убил, захватил, разорил стольких свободнорожденных, матерей семейств, римских граждан, опустошил столько областей? Обезьяна³⁴⁴³, человек, не стоящий полушки, взялся за оружие против меня, и я захватил его на войне.

2. Но все-таки, мой Цицерон, что могу я сделать? Клянусь, жажду сделать все, что ты приказываешь мне. Вынесенное мной осуждение на казнь, которой я намеревался подвергнуть того, кого я захватил, полностью отменяю в угоду тебе. Что могу я ответить тем, кто требует судебных дел по поводу разграбления имущества, захвата приступом кораблей, убийств братьев, детей, родителей? Клянусь, если б я обладал бесстыдством Аппия³⁴⁴⁴, на место которого я избран, я все-таки не мог бы выдержать это. Так что же? Старательно сделаю всё, чего ты, как я узнаю, захочешь. Его защищает твой ученик Квинт Волусий³⁴⁴⁵, — если это обстоятельство как-нибудь сможет обратить противников в бегство; на это величайшая надежда.

3. Ты будешь защищать меня, если там будет какая-либо надобность. Цезарь до сего времени поступает со мной несправедливо: о молениях в мою честь³⁴⁴⁶ и о моих действиях в Далмации он не докладывает³⁴⁴⁷ до сего времени, как будто мои действия в Далмации не дают полного права на триумф³⁴⁴⁸. Ведь если следует ждать, пока я закончу всю войну, то в Далмации двадцать древних городов, а тех, которые они к себе присоединили, — больше шестидесяти. Если в мою честь не назначаются моления, раз я не беру приступом их все, то я нахожусь в совершенно ином положении, нежели прочие императоры³⁴⁴⁹.

DCXCIX. Манию Курию, в Патры

[Fam., VII, 31]