2. Прямо прошу тебя — как некогда, помню, делала наша мать, которая запечатывала даже пустые бутыли, чтобы не говорили, что некоторые были пусты, тогда как они были осушены тайком, так и ты, даже если тебе нечего будет писать, все-таки пиши, чтобы не показалось, будто ты искал предлога для праздности. Ведь в твоих письмах я получаю известия и всегда достоверные и очень приятные. Люби меня и будь здоров.

DCCCX. Дециму Юнию Бруту Альбину, в провинцию Цисальпийскую Галлию

[Fam., XI, 5]

Рим, вскоре после 9 декабря (11 декабря?) 44 г.

Марк Цицерон шлет привет избранному консулом императору⁴²⁸⁹ Бруту.

1. В то время как наш близкий друг Луп⁴²⁹⁰, прибыв от тебя, оставался в течение нескольких дней в Риме, я находился в той местности, где я, как я полагал, был в наибольшей безопасности⁴²⁹¹. От этого и произошло, что Луп возвращается к тебе без моего письма, хотя он все-таки позаботился о доставке твоего⁴²⁹² мне. В Рим я прибыл за четыре дня до декабрьских ид, и первым делом для меня было немедленно повидать Пансу, от которого узнал о тебе то, чего я больше всего хотел⁴²⁹³. Поэтому в советах ты не нуждаешься, раз ты не нуждался в советчике даже в том величайшем на памяти людей деле, которое было тобой совершено⁴²⁹⁴.

2. Всё же, по-видимому, следует кратко отметить одно: римский народ ждет от тебя всего и возлагает на тебя всю надежду на восстановление свободы в будущем. Если ты будешь помнить днем и ночью (что, я уверен, ты и делаешь), какое великое деяние ты совершил, то ты, конечно, не забудешь, какие великие тебе и теперь следует совершить. Ведь если провинцию захватит тот, кому я всегда был другом, пока я не понял, что он не только открыто, но охотно ведет войну против государства⁴²⁹⁵, то, вижу я, на спасение не остается никакой надежды.

3. Поэтому заклинаю тебя теми же мольбами, какими заклинают сенат и римский народ, — навсегда освободить государство от господства царей⁴²⁹⁶, чтобы конец соответствовал началу⁴²⁹⁷. Твоя это задача, твой удел; государство или, вернее, все племена не только ждут этого от тебя, но даже требуют. Впрочем, так как ты, как я написал выше, не нуждаешься в советах, я не буду в этом многословен; сделаю то, что составляет мой долг, — обещать тебе все мои услуги, рвение, заботы, помыслы, которые будут иметь значение для хвалы тебе и славы. Поэтому, пожалуйста, будь уверен в том, что я и ради государства, которое мне дороже жизни, и потому, что я сам предан тебе и хотел бы возвеличить твое достоинство, ни в чем не оставлю без поддержки твои честнейшие замыслы, высокое положение, славу.

DCCCXI. Луцию Мунацию Планку, в провинцию Трансальпийскую Галлию

[Fam., X, 5]