В январе я венчаюсь с Сережей, -- приезжай. Ты будешь моим шафером. Твое присутствие совершенно необходимо. Слушай мою историю: если бы Дракконочка1 не сделалась зубным врачом, она бы не познакомилась с одной дамой, к<отор>ая познакомила ее с папой; я бы не познакомилась с ней, не узнала бы Эллиса, через него не узнала бы Н<иленде>ра,2 не напечатала бы из-за него сборника, не познакомилась бы из-за сборника с тобой, не приехала бы в Коктебель, не встретилась бы с Сережей, -- следовательно, не венчалась бы в январе 1912 г.
Я всем довольна, январь -- начало нового года, 1912 г. -- год пребывания Наполеона в Москве.3
После венчания мы, наверное, едем в Испанию. (Папе я пока сказала -- в Швейцарию). На свадьбе будут все папины родственники, самые странные. Необходим целый полк наших личных друзей, чтобы не чувствовать себя нелепо от пожеланий всех этих почтенных старших, к<отор>ые, потихоньку и вслух негодуя на нас за неоконченные нами гимназии и сумму наших лет -- 37, непременно отравят нам и январь, и 1912 г<од>.
Макс, ты должен приехать!
Сборник печатается, выйдет, наверное, через месяц.
Сегодня мы с Асей в Эстетике читаем стихи.4 Будут: Пра, Лиля, Сережа, Ася и Борис. Я говорила по телефону с Брюсовым (он случайно подошел вместо Жанны Матвеевны,5 просившей меня сообщить ей по телефону ответ), и между прочим такая фраза: "Одна маленькая оговорка, можно?". -- "Пожалуйста, пожалуйста!".
Я, робким голосом:
-- "Можно мне привести с собой мою сестру? Я никогда не читаю без нее стихов".
-- "Конечно, конечно, будем очень счастливы".
Посмотрим, к<а>к они будут счастливы!