18 Имеется в виду собака Цветаевых (черный сеттер-гордон с рыжими подпалинами), которую Андрей привозил с собой в Тарусу ( Бес. АЦ ). Об увлечении брата в ту пору охотничьими собаками и о строгом их воспитании, вызывавшем возмущение младших сестер, см.: Цветаева А. О брате моем Андрее Ивановиче Цветаеве // Наука и жизнь. 1987. No 3. С. 112. Ср.: "У брата Андрея наверху [в доме в Трехпрудном пер. -- Публ.] обычно было тихо, если только он не играл на мандолине и не бранил собаку" (АИЦЗ. 303).
19 Цветаев Иван Владимирович (1847-1913) -- отец М.И. Цветаевой, известный филолог и историк искусств; заслуженный профессор Московского ун-та, директор Румянцевского музея, основатель и первый директор (с 1911 г.) Музея изящных искусств в Москве. Еще летом 1907 г. И.В. писал архитектору Р.И. Клейну о своем намерении ликвидировать дачу в Тарусе: "Я собираюсь оставить Тарусу навсегда, -- частые отъезды в Москву уже стали тяжелы. Переберусь в Московский дачный район. Что делать! Подходит старость с ее недугами. Да с будущего лета надо крепко держаться расстановки предметов" (История создания музея. С.237). Однако дача просуществовала еще три года, пока не была упущена (зимой 1910-1911 гг.) на городских торгах сыном Андреем. Летом 1908 г. И.В. Цветаев бывал в Тарусе наездами, когда ему позволяли служебные дела, но и оттуда письменными указаниями он продолжал руководить работами по созданию будущего Музея изящных искусств. Судя по его переписке, он отдыхал в Тарусе несколько недель в августе, а в середине месяца (как уже упоминалось) должен был везти на экзамен в Москву свою дочь Марину.
20 Возможно, речь идет о какой-то цветаевской шутке; о ее склонности в те годы к розыгрышам, эпатажу и т.п. пишут все без исключения мемуаристы; Т.Н. Астапова, в частности, отмечает: "/.../ Цветаева была далеко не прочь напроказить, и шутки ее были такими, какие мне никогда не пришли бы в голову" (Юность. 1984. No 8. С.97).
21 Несходству семей Цветаевых и Юркевичей уделено немало внимания в воспоминаниях С.И. Липеровской (Юркевич). Вот одно из наблюдений мемуаристки: "Весь уклад жизни семьи Марины был для меня необычен: разобщенность членов семьи, своеволие каждого, разница характеров, взглядов, поведения, нежелание считаться с другими и какая-то потаенность, нервозность, -- все противоречило отношениям в моей семье" (копия из архива публикаторов). Об атмосфере цветаевского дома тех лет см. также воспоминания сестер поэта -- А.И. и В.И. Цветаевых; наиболее ярко эта тема выражена в раннем стихотворении М.И. Цветаевой "Столовая" ( ВА ).
22 Цветаева (в замужестве Трухачева) Анастасия Ивановна (p.1894) -- младшая сестра М.И. Цветаевой, в то время училась в гимназии В.В. Потоцкой (в 1908 г. перешла в 4-й класс); впоследствии -- писатель, автор книги "Воспоминания" (М.: Советский писатель, 1971, 1974, 1983) и др.
23 Ср. отзыв Цветаевой об изучавшихся в гимназии предметах естествознания, приведенный в воспоминаниях Т.Н. Астаповой: "/.../ по-моему, они скучны. Вот химия мне еще нравится, пожалуй: во время опытов в пробирках получаются такие красивые цвета!" (Юность. 1984. No 8. С.96). Та же мемуаристка пишет, что совсем не помнит Цветаеву на уроках естествознания: возможно, что многие из них она просто не посещала.
24 Ср. начало письма 4: "Человеческая беседа..." и т.д.
25 Цветаева имеет в виду рассказ немецкого писателя Г.Гессе "Осенью, пешком", опубликованный в "Русской мысли" (1908. No 4. С. 15-40) в переводе А.Ф. Даманской. В последней главке рассказа -- "Туман" приведено стихотворение "В раздумье брожу сквозь туман по земле...", оканчивающееся строкой "И все одиноки"; оно также принадлежит перу Гессе -- см. немецкий оригинал: "Im Nebel" ("Seltsam, im Nebel zu wandern!.."). Письмо созвучно рассказу настроением одиночества и безысходности и отдельными мыслями. Ср., например, рассуждение Цветаевой о "сталкивании" и "расхождении" людей с аналогичным у Гессе: "Что-то сказочное есть в этом, далекое и скрытое, и мгновеньями вы с жуткой ясностью постигаете во всем этом символ... Что одна вещь другой, и один человек другому, кто бы он ни был, в сущности неумолимо чужд, и что пути наши скрещиваются лишь на несколько шагов, на несколько мгновений, и получают быстро-преходящую видимость близости, соседства и дружбы..." (С.39). Вполне возможно, что и в последующем описании "сцены" из будущей жизни П.Юркевича Цветаева отталкивается от рассказа Гессе.
26 Такая забота о корреспонденте, принятая в данном случае адресатом, вероятно, за "намек" (см. письмо 3), была свойственна и взрослой Цветаевой. См., например, ее письмо к А.С. Штейгеру от 15 августа 1936: "Если неудобно, чтобы я писала ежедневно -- напишите непременно: хотя бы два слова" (Опыты. 1955. No 5. С.56).
27 Имеется в виду дом Цветаевых в Трехпрудном пер., No 8, где, очевидно, еще не бывал П.Юркевич. Дом этот был дан в приданое В.Д. Иловайской, первой жене И.В. Цветаева; после ее смерти он официально принадлежал отцу поэта (а не В.И. и А.И. Цветаевым, как ошибочно указывает Р.Дэвис, -- см. Минувшее. 1989. No 8. С.230).