Разумеется, разумеется, сударыня! Мне ведь и самому так тяжело. Когда я подумаю…
ЧЕТВЕРТОЕ ЯВЛЕНИЕ.
Входит Бюрштейн, очень спокойно и медленно. У него необычайно серьезное и почти торжественное выражение лица.
Леонора разу же становится энергичной, как и раньше.
Вот и вы, Бюрштейн! Наконец-то! Со вчерашнего дня вы без вести пропали. Я сидела с Гровиком одна за столом, сын мой тоже не соблаговолил пожаловать. Положение было до-нельзя неприятное: я уж и не знала, что сказать. Но уж вы такие люди! Все исчезают, когда нужны… все покидают меня… Вот теперь и Иоган туда же: говорит, что хочет уйти.
Бюрштейн.
Что ты, Иоган! Что случилось?
Иоган.
Мне скоро семьдесят лет. Третьего дня исполнилось сорок, что я в доме… так уж пора…
Бюрштейн.