Ельник, мой ельник.
Частый мой березник,
Люшеньки-люли!
Эту минуту должно было ловить, в эту минуту Павел Петрович был милосерд и доступен, терпеливо каждаго выслушивал, поступал кротко и правосудно. Майков уловил эту минуту.
В то время, как Павел Петрович приготовлялся сесть на богатырскаго своего коня, Фрипона, Майков пал на колени, жалобу положил на голову и трепетно ожидал участи своей.
Веселый царь милостиво взял с головы бумагу, спросил Майкова: на кого?
— На тебя, надежа-государь.
— Хорошо, посмотрим, и, сев на коня, закричал Майкову: за мной!
Майков добежал от экзерцир-гауза до дворцоваго крыльца и, когда государь сошел с коня, Майков смело напомянул императору: я здесь, государь, куда повелишь? Ответ был: за мной! Государь хотел всходить на лестницу, Майков остановил Павла, сказав:
— Надежа-государь, ототрут, не допустят.