„Я, слышь, ударил челом царю и вышел из кабинета, да и не знаю, куда мне даться. Когда привезли меня в крепость, я никого не видал и меня никто. Где я был три года, никто ни в Петербурге, ни у нас, на Дону, не знал. Думаю, куда пойдешь, дело ночное! Я спросил дворцоваго слугу, не знает-ли он квартиры, где бы я мог ночлеговать.
— „Да разве вы приезжий? спросил меня слуга.
— „Приезжий, отвечал я.
— „Да где-же ваш экипаж?
„Я, слышь, немного вот спутался в речах, прежде сказал ему—не знаю, а потом—у меня нет экипажа; сказал правду: из крепости во дворец примчал меня фельдъегерь в обшевнях,— какого экипажа еще спрашивать, подумал я. Слуга дворцовый поглядел на меня, как кот на говядину, и сказалъ: „коли вам негде приютиться, вот за канавой трактир Демута, там возьмите номер".
— „А где твой Демут? спросил я слугу.
— „Как, сударь, вы и этого не знаете, где трактир Демута! Да трактир Демута знают в Петербурге и старый, и малый; видно, вы издалека сюда приехали?
„Я, слышь ты, гр. Павел Александрович, подумал про себя: не издалека, и поблизку жил, а ничего не знал и не знаю.
— „Да, издалека, отвечал я, ты видишь, я казак; проводи меня к твоему Демуту.
— „Я не могу уйти с дежурства, а велю истопнику вас проводить.