Ольга. Я… я слышала ваше последнее восклицанье.
Кузовкин (едва выговаривая слова). Какое… восклицанье?..
Ольга. Я слышала… что́ вы сказали обо мне. (Кузовкин поднимается с кресел и падает на колена.) Что ж это, правда?
Кузовкин (заикаясь). Помилуйте, простите великодушно… Сумасшествие — я уже вам докладывал… (Голос у него прерывается.)
Ольга. Нет — вы не хотите сказать мне правду.
Кузовкин. Сумасшествие, Ольга Петровна, простите…
Ольга (схватывая его за руку). Нет, нет… ради бога… заклинаю вас самим богом… умоляю вас, скажите мне, что это́ — правда? правда? (Молчание.) За что ж вы меня мучите?
Кузовкин. Так вы хотите знать правду?
Ольга. Да. Говорите же — правда это?
(Кузовкин поднимает глаза, глядит на Ольгу… Черты лица его выражают мучительную борьбу. Он вдруг опускает голову и шепчет: «Правда». — Ольга быстро отступает от него и остается неподвижной… Кузовкин закрывает лицо руками. Дверь из залы растворяется — и входит Елецкий. Он сперва не замечает Кузовкина, который все на коленах, — и подходит к жене.)