Кузовкин. Разговор… разговора собственно не было-с, а я у Ольги Петровны милостивого прощенья попросил.
Елецкий. Ну, и она?
Кузовкин. Оне изволили сказать, что более не гневаются… а я вот теперь ехать собираюсь.
Елецкий. Ольга Петровна, следовательно, не переменила моего решенья?
Кузовкин. Никак нет-с.
Елецкий. Гм… Мне очень жаль… но вы понимаете сами, Василий Семеныч, что-о-о…
Кузовкин. Как же-с, Павел Николаич, совершенно с вами согласен. Еще милостиво поступить со мной изволили. Покорнейше вас благодарю.
Елецкий. Мне приятно видеть, что вы по крайней мере чувствуете свою вину. Итак — прощайте… Если что нужно будет, пожалуйста, не церемоньтесь… Я хотя и отдал старосте приказ — но вы можете во всякое время обратиться прямо ко мне…
Кузовкин. Покорно благодарю-с. (Кланяется.)
Елецкий. Прощайте, Василий Семеныч. А впрочем, погодите немного… Э-э-э-э… г-н Тропачев к нам приехал — так вот он сейчас сюда войдет… я бы желал, чтобы вы при нем то же самое повторили — вот то, что вы мне сегодня поутру сказали…