— А это кто?
— А сынок мой, батюшка.
Аркадий Павлыч помолчал опять и усами повел.
— Ну, так чем же он тебя замучил? — заговорил он, глядя на старика сквозь усы.
— Батюшка, разорил вконец. Двух сыновей, батюшка, без очереди в некруты отдал, а теперя и третьего отнимает. Вчера, батюшка, последнюю коровушку со двора свел и хозяйку мою избил — вон его милость. (Он указал на старосту.)
— Гм! — произнес Аркадий Павлыч.
— Не дай вконец разориться, кормилец.
Г-н Пеночкин нахмурился.
— Что же это, однако, значит? — спросил он бурмистра вполголоса и с недовольным видом.
— Пьяный человек- с, — отвечал бурмистр, в первый раз употребляя «слово-ер», — неработящий. Из недоимки не выходит вот уж пятый год-с.