И Александра Павловна занялась своим сыном, а Пигасов отошел, ворча, на другой угол балкона.
Вдруг невдалеке, по дороге, идущей вдоль сада, показался Михайло Михайлыч на своих беговых дрожках. Перед лошадью его бежали две огромные дворные собаки: одна желтая, другая серая; он недавно завел их. Они беспресстанно грызлись и жили в неразлучной дружбе. Им навстречу вышла из ворот старая шавка, раскрыла рот, как бы собираясь залаять, а кончила тем, что зевнула и отправилась назад, дружелюбно повиливая хвостом.
— Глядь-ка, Саша, — закричал Лежнев издали своей жене, — кого я к тебе везу…
Александра Павловна не сразу узнала человека, сидевшего за спиной ее мужа.
— А! г. Басистов! — воскликнула она наконец.
— Он, он, — отвечал Лежнев, — и какие славные вести привез. Вот погоди, сейчас узнаешь.
И он въехал на двор.
Несколько мгновений спустя он с Басистовым явился на балконе.
— Ура! — воскликнул он и обнял жену. — Сережа женится!
— На ком? — с волнением спросила Александра Павловна.