— Опроститься! — повторяла Марианна. — Слышишь, Алеша, мы с тобой теперь опростелые!
Нежданов засмеялся и тоже повторил:
— Опроститься! опростелые!
— А что это у вас, муженек будет — али брат? — спросила Татьяна, осторожно перемывая чашки своими большими ловкими руками и с ласковой усмешкой поглядывая то на Нежданова, то на Марианну.
— Нет, — отвечала Марианна, — он мне не муж — и не брат.
Татьяна приподняла голову.
— Стало, так, по вольной милости живете? Теперь и это — тоже часто бывает. Допрежь больше у раскольников водилось, а ноне и у прочих людей. Лишь бы бог благословил — да жилось бы ладно! А то поп и не нужен. На фабрике у нас тоже такие есть. Не из худших ребят.
— Какие у вас хорошие слова, Татьяна!.. «По вольной милости…» Очень это мне нравится. Вот что, Татьяна, я о чем вас просить буду. Мне нужно себе платье сшить или купить, такое вот, как ваше, или еще попроще. И башмаки, и чулки, и косынка — все, чтобы было, как у вас. Деньги у меня на это есть.
— Что же, барышня, это все можно… Ну, не буду, не извольте гневаться. Не буду вас барышней называть. Только как мне вас звать-то?
— Марианной.