— А тебе самому, Ипполит Сидорыч, разве это неизвестно?
— Я, брат, Дмитрий… Павлович? — да, Павлович! в женины дела не мешаюсь.
— Не мешаешься? Ни в какие дела?
Полозов опять повел глазами.
— Ни в какие, брат. Она — сама по себе… ну и я — сам по себе.
— Куда же ты теперь идешь? — спросил Санин.
— Теперь я никуда не иду; стою на улице и с тобой беседую; а вот как мы с тобой покончим, отправлюсь к себе в гостиницу и буду завтракать.
— Меня в товарищи — хочешь?
— То есть это ты насчет завтрака?
— Да.