Когда отец девушки услышал эти слова, он весь прямо раздулся от гнева. Тотчас он позвал своих сыновей, потом ухватил дочь за волосы, раздел ее донага и, передав в руки сыновей, сказал:
— Ступайте отведите ее в степь и убейте!
— Постой, отец, — стала умолять девушка, — я хочу тебе кое-что рассказать, а потом делай как знаешь.
Но отец не стал слушать свою дочь, и братья потащили девушку в степь.
— Братья, я невиновна в этом деле, — принялась умолять девушка.
И братья сжалились над ней. Они не убили ее, а только бросили в той степи, куда привели, и вернулись назад.
Девушка горько заплакала. Побрела она одна-одинешенька по пустынной степи без пищи и без воды, с непокрытой головой и босая.
Пока девушка шла, испытывая столь тяжелые лишения, падишах одного города выехал на охоту и добрался до той степи.
Вот охотится падишах и вдруг видит — сидит вроде бы голый человек. Падишах тотчас издалека окликнул девушку и послал ей с одним из своих слуг одежду, чтобы она прикрылась. Потом падишах подъехал к девушке и поздоровался с ней. Девушка ответила на приветствие падишаха, смутилась, и из ее глаз градом полились слезы. Глянул падишах в лицо девушке, а та: назвать бы ее луной — да рот у нее есть, назвать бы ее солнцем — так есть у нее глаза, брови как калам, зубы — ожерелье, талия тонкая, волосы словно гиацинт, щеки — яблоки, губы как полураскрытая фисташка, и видно, что она очень страдает.
— Скажи-ка, девушка, из какого ты сада роза, с какой ты лужайки соловей? Как ты попала в эту безводную степь?