— Что случилось? — сердито спросил Пирсон.
Дрэйк кратко рассказал. Оказалось, что фабрика мороженого прислала огромный торт из мороженого в виде форта Нокс, в котором, как известно, хранится золотой запас Америки. Внутри торта вместо золотого запаса помещалось пять балерин; сверху торт был украшен в честь четы Мак-Манти двумя целующимися голубями. Голуби, как запрещенный символ мира, и послужили причиной изгнания представителя фабрики мороженого, доставившего торт.
Мак-Манти облегченно вздохнул. Пирсон распорядился предложить представителю фирмы срочно изготовить вместо двух голубков двух целующихся жуков и доставить их к обеду.
— Пусть возьмут мой новый быстроходный гидроплан: все равно его надо еще облетывать. Там прекрасный холодильный шкаф, — предложил развеселившийся Мак-Манти.
Дрэйк ушел распорядиться. Все снова заняли свои места.
Когда Пирсон объявил, что акции Международного синдиката пищевой индустрии и сбыта они намерены пока выпустить на небольшую сумму, все насторожились. Если Пирсон не рассчитывает на капиталы со стороны, то на какие капиталы он рассчитывает? Ведь затраты предстоят огромные. Этот вопрос и был задан ему.
— Наша финансовая группа требует на это дело сто миллиардов из будущего военного бюджета! — вдруг громогласно заявил Пирсон.
— Миллиардов? Вы сказали — миллиардов? — воскликнул потрясенный Гобсон.
Два Пи сначала окаменел, а потом начал хохотать. Он трясся всем телом. Глядя на него, начали смеяться и другие. История с голубями требовала разрядки. Заявление Пирсона было почти нереальным, если учесть, что под борьбу с «красной опасностью» и на дела в Корее выжали все.
— Под какой сон ты думаешь получить такие ассигнования? — вытирая слезы, наконец спросил Два Пи.