— А чем мы гарантированы, что в другом зале не будет организован такой же сюрприз? — спросил Стилл. — Мы не должны срывать митинг. Прибыло много гостей из других штатов. Вот если бы ты дослушал Элмера до конца, ты бы узнал о его интересном плане предупредить готовящуюся диверсию.
— Это, собственно, не мой личный план, — сказал Элмер. — В оркестре есть несколько музыкантов во главе с Гринбергом и, кроме того, есть еще Пегги и ее приятельницы-официантки, работающие в буфете. Им вовсе не улыбается перспектива заболеть «негритянской болезнью». Я и Гринберг предполагаем, что возбудителями «негритянской болезни» являются микробы, доставляемые из Кэмп Дэтрик.
— Кто вам, Элмер, сообщил об этом? Доктор Обри? — спросил Поль.
— Нет, Обри не знает, — ответил Элмер. — Но ведь не он один выясняет. Нам известно, что в Кэмп Дэтрик есть очень опасные возбудители острых заболеваний, например усовершенствованной туляремии. Ведь известно, что японцы прививали туляремию даже своим солдатам, чтобы вызвать у них безразличие к жизни. Может быть, в Кэмп Дэтрик вывели особую расу туляремии. Ведь «негритянская болезнь» очень похожа на нее. Ее еще называют «неотуляремией»… Может быть, вам и другим лучше не рисковать? — обратился Элмер к Полю и Робину Стиллу. — Мы там и сами справимся.
— Вы что, Элмер, в своем уме? — спросил Стилл. — Конечно, кто не хочет, может не ехать, но, черт возьми, ведь мы же не нейтралисты! Поль — из числа «друзей Эрла», я — коммунист и поэтому обязан уберечь собравшихся. Впрочем, мы не особенно рискуем. Когда крысы начинают бежать с корабля, это значит, что корабль тонет. Степень опасности мы определим по поведению Стоймана. Я думаю, что если он толком и не знает ничего, то заразители не пожертвуют им. Если вам, Элмер, и вашей группе не удастся быстро раскрыть и устранить причину заболевания и мы увидим, что Стойман убегает, то мы перенесем митинг. Я, со своей стороны, сообщил некоторым научным работникам и попросил их связаться с вами, Элмер.
— Интересно, — сказал Поль не без сарказма, — Элмер считает меня трусом…
— Вы не имеете права так говорить! — возмутился Элмер. — Я просто забочусь о том, чтобы в случае чего не все знающие суть дела погибли.
— Не надо думать, — сказал Стилл, — что мы являемся единственными в своих добрых намерениях и в Соединенных Штатах нет больше здравомыслящих людей. Говорить так — значит не верить в народ. Даже среди профсоюзных руководителей есть здравомыслящие и непродажные люди. О рабочих я и не говорю. Немало таких и среди интеллигентов. Право же, Элмер, если даже сейчас нам не удастся открыть секрет «негритянской болезни», то это сделают другие. Конечно, рисковать жизнью участников митинга мы не будем. Если же можно помочь, защитив этим своих близких, своих коллег и самих себя от возможного заболевания, мы обязаны это сделать!
— Я не силен в теоретических вопросах, — нетерпеливо сказал Элмер. Склонность Стилла под все подводить теоретическую базу несколько раздражала его. — Но когда дело касается того, чтобы поймать вора за руку, я не делаю вид, будто не замечаю, как он лезет в карман. Я сам хватаю вора за руку. Так уже повелось на нашей улице. Я не нейтральничаю. И знаю, что друзья меня поддержат! Вы уж простите, если нескладно сказал…