— Там розового червя нет.
— Черт знает что такое! — возмутился Дрэйк. — Ведь ветры и там дуют!
— Карантин, служба карантина. Осматривают все ввозимое через границу и даже контролируют перевозки внутри страны. Не пропускают из-за границы ни одного зараженного растения, ни одного зараженного зерна. Ни комка земли, ни плода — ничего, что могло бы занести заразу или вредителей на поля, ответил Стронг. — Розовый червь плодится на хлопчатнике и на других растениях того же семейства мальвовых. Это не японский жук — тот всеядный. Японский жук поражает двести видов растений. Вы видели погибшие сады вокруг Вашингтона? — спросил Стронг.
— Как же, — ответил Пирсон, — вишни производят отвратительное впечатление: голые, сухие стволы.
— В середине тридцатых годов, — сказал Стронг, — японцы подарили президенту во время его поездки в Японию букет ирисов. В нем были японские жуки. Кроме того, японцы подарили саженцы махровой вишни, зараженные вишневой мухой.
— Чистая работа! — опять воскликнул Дрэйк.
Пирсон сделал Дрэйку предостерегающий жест и спросил:
— Объясните, почему вредители, не очень опасные для одних стран, превращаются в других странах в страшных врагов? Как этого достичь… то есть как это получается?
Аллен Стронг не мог понять, что, собственно, так восхищает «короля» сельского хозяйства, и повторил:
— Японский жук — страшная опасность. Он может у нас так же неограниченно развиваться, как размножились колорадский жук и филлоксера в других странах или чертополох в Ла-Плате. Дело в том, — продолжал Стронг, отвечая на вопрос Пирсона, — что в местах первоначального совместного обитания растения выработали яды против вредителей. Это было приспособление растений к среде под влиянием внешних условий. Возьмите далматскую ромашку. В ее цветах есть яд, убивающий насекомых, в том числе блох, клопов. Советские ученые хотят вывести такие сорта пшеницы, кукурузы и других культур, которые бы оказались устойчивы против заболеваний, вредителей и, как я слышал, имели бы качества типа далматской ромашки… Американские сорта винограда выработали иммунитет против живущего в Америке вредителя филлоксеры и не гибнут от нее. Филлоксеры не было в Европе, и европейские сорта винограда, так сказать, «не привыкли к ней». Поэтому, когда из Америки завезли в Европу филлоксеру, она уничтожила много виноградников. Метод борьбы с ней даже теперь — это уничтожать, сжигать целиком зараженные виноградник и виноградные корни вместе с филлоксерой.