— Слушайте, слушайте телеграмму: «Папа, я еду вместе с коммерческим агентом дедушки Гильбура в Индонезию». Имя Джима не упоминаю — не пустит.
— Мистер Гильбур, я очень славный парень, но, к сожалению, мне этого никогда никто не говорит, а мистер Аллен Стронг считает меня опаснейшим агитатором, — шутливо заметил Джим.
Через несколько минут радиограмма была вручена агенту для отправления.
— Ответа, — сказала Бекки, — можно не ждать. Я обещала отцу обо всем писать и выполнила. Он так сейчас увлекается наукой, что ему не до меня. Мы готовы ехать!
— Превосходно! — воскликнул Вильям Гильбур.
Он сел за стол и отпечатал на машинке Стронгов ряд деловых писем, в том числе письмо миссионеру Скотту на Суматру. Потом он записал поручения Джиму и рассказал все подробности дела. Тут же он попросил не говорить никому ни слова о поездке, так как это коммерческий секрет. Он дал тысячу долларов и чек на две тысячи, попутно объяснив протестующей Бекки, что это не прогулка на деньги Бекки, а деловая поездка. Потом он поцеловал Бекки, пожал руку Джиму, пожелал им успеха и уехал.
— Как я рада! — воскликнула Бекки. — Кроме Северной Америки и кусочка Бразилии, я еще не видела мира!
— Боюсь, что на этот раз вам все же не удастся поехать, во всяком случае со мной, — предупредил Джим, сразу превратившийся из веселого парня, каким он был все это время, в непреклонного и строгого делового человека.
— Это ваша очередная шутка? — Бекки рассердил тон Джима.
Джим испытующе посмотрел в глаза Бекки и кивком головы позвал ее за собой. Он привел ее в сад.