Джим показал пальцем в окно. Вначале Бекки ничего не заметила.
— Гидроплан «Чайна-клипер» с Формозы! — сказал Джим и показал пальцем.
Под ними летел большой самолет. Второй такой же пролетел левее. Бекки проводила их взглядом. Вид необъятных океанских просторов рождал страх. Бекки подавила невольный вздох и отодвинулась от окна. Она обхватила руками ящик с медикаментами, находившийся на уровне ее головы, и прижалась щекой к шершавой доске.
Вот летит она, Бекки Стронг, в Индонезию… и кто знает, чем все это может кончиться… Немножко страшно… Неведомый путь, неведомый край, предстоящие опасные приключения… Собственно, они уже начались… Но может ли она безоговорочно довериться своим компаньонам? Ведь она знает двух из них только по именам… Бекки даже усмехнулась от сознания нелепости подобного предположения. Она уже летит, значит она доверилась.
«Кто ради блага народов, ради борьбы за вечный мир во всем мире борется с „железной пятой“ финансовых заправил, жаждущих войны?» — задала себе вопрос Бекки. И мысленно ответила: «Конечно, честные люди. И ради этого они отказались от личных удобств, чтобы вершить героические дела». Ну что же, если Бекки знает только Джима и Франка, она узнает и остальных.
Бекки подняла голову и, стараясь не выказать любопытства, молча принялась изучать своих спутников, чтобы составить себе более точное представление о каждом.
Эрл сидел в кабине пилота, и оттуда виднелись только его спина, плечо и профиль. Эрла за поразительное сходство с изображением вождя индейцев в одной из ее любимых детских книг Бекки мысленно прозвала «Эрл — орел прерий». Он был скуп и точен в движениях, без надобности не вступал в разговор, а если говорил, то очень обстоятельно; и что самое странное: у него были почти всегда широко открытые немигающие глаза, он только изредка прищуривался. Все это придавало всей его мускулистой, ширококостной, но подтянутой фигуре выражение настороженности. За время знакомства с Бекки он ни разу не улыбнулся.
Зато Франк был полной противоположностью Эрлу. Рослый, широкий в плечах, с бритой головой и круглым, чисто выбритым обветренным лицом, он оказался очень веселым человеком в путешествии. Франка будто подменили: и следа не осталось от его строгости. Сейчас он шагал взад и вперед в узком проходе меж ящиков, напевая под нос известные мелодии на слова собственной импровизации.
Худощавый Викки, с изящным продолговатым лицом и черными усиками, напоминал киноактера. Викки сидел на месте штурмана с наушниками от радиоаппарата. Бекки все время чувствовала на себе его излишне пристальный и восхищенный взгляд. Она уже несколько раз с немым протестом оглядывалась на него. Викки мгновенно отводил глаза в сторону, делая вид, что очень занят радио.
Зато Джим, всегда казавшийся легкомысленным и веселым, в путешествии держался гораздо серьезнее. Время от времени он окидывал Бекки озабоченным взглядом, словно хотел убедиться, что она жива и здорова. Бекки была немного приятна эта опека, но немного и сердила: она понимала, что Джим боится за нее. Вот и сейчас он подошел и предложил ей поесть.