— Это мое дело — покормить вас! — деловито отозвалась Бекки. — Я изнываю от безделья!
Она приняла из рук Джима картонную коробку. Оттуда Бекки вынула бумажные салфетки и расстелила их на столе. Потом разложила бумажные тарелки. Джима и Викки она заставила открыть банки со свиной тушенкой, сосисками и паштетом. Вместо хлеба были галеты. Ели молча, деловито. Первым закончил Эрл. Дожевывая бутерброд, он ушел в кабину летчика. Франк рассказал веселый анекдот. Все смеялись. На смех вышел Эрл и, выслушав анекдот, улыбнулся, обнажив золотые зубы. Заметив внимательный взгляд девушки, обращенный на его рот, он сказал не без горечи:
— Золотые зубы имени Гитлера.
— Не понимаю, — откликнулась Бекки.
— Мои собственные зубы взяли себе на память молодчики Гитлера.
«Пытали и выбили зубы», — подумала Бекки.
— Гол! — крикнул Франк и швырнул кокосовым орехом в Джима.
Юноша поймал орех на лету и, прижав к груди, срезал ножом верхушку.
— Кокосовое молоко, — объявил Джим, первым запуская ложку в белую массу, напоминавшую молочный кисель.
— Я тоже не зевал на острове, — объявил Викки. — У меня писанг.