Ван-Коорен решил было согласиться на тайный сговор с Мак-Манти, но Пирсон уже не давал и десяти процентов акций. Пока он торговался, оказалось, что часть акций, помимо его участия, уже сменила хозяев. Экономическая война требует огромных денежных расходов, но ни один банк не согласился дать денежный заем Ван-Коорену. Единственным исключением явился индонезийский филиал «Банка святого духа», хозяином которого является папа Пий XII, а руководителем в Индонезии — верный друг Ван-Коорена, миссионер Эмери Скотт. Ван-Коорен решил тогда сам провести с акциями «американскую аферу» и договорился с Эмери Скоттом о дележке прибылей, совершив фиктивную продажу акций, но оформив сделку официально. Это значило, что если бы Ван-Коорен разорился, то у него не могли бы забрать акции за долги, так как они были официально оформлены как принадлежащие Эмери Скотту.
Экономическая война, организованная Пирсоном, разрасталась. Газеты Мак-Манти, чтобы разорить держателей акций агропредприятий, кричат о необходимости уничтожить кофейные и другие плантации Индонезии, как всемирный очаг распространения вредных жуков и болезней, якобы угрожающих миру. И действительно, многие кофейные плантации заражены. Появилось новое заболевание сахарного тростника. Раньше таких не было. Возможно, что американцы организовали заражение. Прогрессивные индонезийские деятели требуют принятия всенародных мер против этого бедствия. Это не в интересах Ван-Коорена. Официальное признание бедствия понизит и без того низкий курс акций… Вот почему Ван-Коорен организовал специальную комиссию для обследования зараженных плантаций. Он хочет, чтобы Ганс Мантри Удам, ученый ботаник и энтомолог из Бейтензоргского ботанического сада, доложил на Международном конгрессе по борьбе с вредителями и болезнями растений о незначительном заболевании плантаций.
— Ведь для нас важен самый факт подобного заявления со стороны Ганса Мантри Удама. Лишь бы поднять цену на акции! А болезни нам на руку. Чем больше погибнет, тем дороже будет продукт.
Бекки соображала, надо ли сказать о предупреждении Яна Твайта. Пожалуй, надо.
— Слушайте внимательно, — сказала Бекки, все так же сидя в кресле с откинутой головой и прикрывая рукой глаза. — Мне стало известно, что Эмери Скотт вас предает!
— Боже мой! — воскликнул секретарь. — Эмери Скотт предает нас?
— Эмери Скотт предает нас! — Последнее слово Бекки подчеркнула, спохватившись, что сказала «вас» в предыдущей фразе.
Секретарь, потрясенный сообщением, этого не заметил.
— Откуда это известно? Только враги могут распространять подобную ложь! — донесся резкий голос Ван-Коорена от дверей, и он шагнул в комнату.
Секретарь вскочил. Ван-Коорен кивнул на дверь, и секретарь быстро вышел.