— Разве Мугни не говорил, как много денег тайком от отца я передала для действия против американских капиталов? — А про себя Бекки добавила: «В защиту английских и голландских».
— Да, Мугни говорил мне. Я просто не был с вами близко знаком.
— Со мной можете говорить откровенно. Я не хочу плохого вам и вашей семье.
Ганс Мантри Удам был так взволнован, что у него даже слезы показались в глазах.
— О мисс Матта-Апи! — Так он впервые назвал Бекки-Анну. — Злые жучки и болезни, если не принять мер против них, могут уничтожить все плантации и сады. Это принесет большие убытки плантаторам, но для народа это будет такое же бедствие, как ливень банджир, смывающий плантации, сады и даже леса. Чтобы бороться, надо организовать народ, приобрести очень много машин и химических препаратов, а для этого необходимо очень много денег. Сейчас в интересах банкиров некоторые делают вид, что ничего не случилось на плантациях и они процветают.
— Но, может быть, это все-таки не так опасно?
— Не опасно?! — воскликнул Ганс Мантри Удам, дрожа всем телом от охватившего его волнения. — Есть страшный кофейный грибок, он называется по-латыни «гемилия вестатрикс». Впервые он появился на цейлонских кофейных плантациях в 1876 году и произвел страшные разрушения. А в 1880 году его завезли на Суматру и Яву. Тогда этот грибок уничтожил сто двадцать четыре миллиона деревьев. После этого большие надежды возлагали на кофейное дерево из Либерии, так как оно не боится ни «гемилия вестатрикс», ни насекомого «хилотрикус кадрупес». А сейчас даже эти деревья гибнут, они более беззащитны, чем кустарник с красной листвой, которым обсаживают кофейные плантации для отпугивания кабанов.
Ганс Мантри Удам стал быстро ходить по комнате из угла в угол и называть все новых и новых вредителей и болезни. Пугливый и скромный вначале, он произнес гневную обличительную речь против всех тех, кто способствует варварскому уничтожению главного средства к жизни, дающего питание и дыхание человеку, — зеленых растений.
— Надо разоблачить этих извергов. Кого вы обвиняете? — спросила Бекки.
— Как — кого? Да в первую очередь это делает… — Ганс замолчал, подошел к двери и быстро распахнул ее: там за дверью никого не оказалось. Он подошел к Бекки и сказал шепотом: — Американский Институт Аллена Стронга.